Информация к размышлению

Перефразируем известную фразу "не хлебом единым жив человек" - не макияжем единым жива женщина, её интересуют не только модные тенденции, кухня, дети и развлечения, но и иные материи. Например, альтернативная история или анализ учения Кастанеды.

В этом разделе мы решили размещать материалы, позволяющие взглянуть иначе на трактовку разных исторических фактов. Самыми первыми публикациями, давшими начало этому разделу, были фильмы ЛАИ из цикла "Запретные темы истории".

Вполне возможно, что в дальнейшем здесь же появятся статьи и на другую тематику.

Внимание! Раздел оснащён поиском по разделу (кликните по ссылке), кроме того, Вы можете ознакомиться с информацией на странице "Помощь", чтобы лучше ориентироваться на нашем сайте.

 

Ошибка дона Хуана или Жизнь после смерти. Глава вторая...

Все публикации → Ошибка дона Хуана или Жизнь после смертиЛаборатория Альтернативной Истории    Другие факты и мнения    Ошибка дона Хуана или Жизнь после смерти    Музыкальных дел мастера    Волшебная кисточка    
Ошибка дона Хуана или Жизнь после смерти. Глава вторая

ГЛАВА ВТОРАЯ

Архаичные верования

АНИМИЗМ

Этим термином обозначают комплекс различных культов, основанных на вере в духов - потусторонних невидимых существ, связанных с силами природы и влияющих на человека. Считается, что анимизм является первой и самой древней формой религии и присущ человеческому обществу на ранних стадиях развития. Сам термин был введён в XIX веке знаменитым английским этнологом Э. Б. Тайлором; сейчас он часто подвергается критике, и многие антропологи предпочитают называть архаичные формы религии "племенными культами".

Представления анимистов о составе внутреннего человека вызвали у первых европейских исследователей серьёзные затруднения. Учёные привыкли к созданной христианскими теологами-рационалистами концепции, согласно которой человек состоит из тела и души, высшие способности которой условно можно назвать духом. После смерти душа навечно уходит в инобытие, и её загробная участь - рай или ад, неизменна. Для людей, придерживающихся материалистического мировоззрения, эту концепцию легко было трансформировать в представление о сознании, единственно присущем человеческому организму.

Антропологи же услышали от "дикарей" сразу о нескольких "душах", посмертная участь которых совершенно различна. Это ставило европейских исследователей в тупик, и они приходили к выводу, что аборигены "совершенно не в состоянии объяснить" своё понимание человеческой души и её посмертной судьбы. Некоторые учёные пытались сгладить кажущиеся противоречия, убирая "ненужные версии" или подстраивая их под привычное им мировоззрение. Так возникали антропологические описания, как потом выяснялось, весьма приблизительно соответствовавшие реальным верованиям аборигенов.

Эта проблема относится не только к исследованиям анимистических культов, проводившихся в XIX веке, но анализу данных религиозной антропологии всех религий, проводимому вплоть до настоящего времени. Главной помехой оказывается здесь отсутствие личного мистического опыта, не позволяющее отнестись к свидетельствам духовидцев других религий с должным пониманием и искренностью. "Концептуальный барьер оказывается куда более серьёзным препятствием, чем те, на которые обычно ссылаются, - недостаток источников и специфической информации... Человек Запада, по-видимому, не способен, а в глубине уши и не желает понимать подобные религии, рассматривая их под искажённым углом антикварного интереса и апологетических претензий".

Вину за невнятность и путаность в своих описаниях анимистических верований европейские учёные XIX века возлагали на своих информантов. "Дикаря никакая приманка не заставит открыть чужестранцу тайное убежище своей души, и тем самым подставить под удар само её существование. Поэтому нет ничего удивительного в том, что главная тайна его жизни в течение столь длительного времени оставалось тайной, и что её нужно было склеивать из разрозненных намеков и фрагментов".

Анимистическая концепция души также была малопонятной для западных исследователей из-за отсутствия адекватной терминологии в европейских языках.** Для описания различных составляющих внутреннего человека европейцам приходилось употреблять одно слово - "душа", но с разными прилагательными (например, под "животной душой" подразумевались психоэнергетические структуры). Термин "дух", активно используемый антропологами при описании верований анимистов, весьма многозначен и потому неудобен: одни подразумевали высшее начало в человеке, другие - жизненное "дыхание", витальную силу, присущую всем организмам.

Но, несмотря на все ошибки при передаче исходной информации и терминологические расхождения, при внимательном анализе данных исследователей можно обнаружить, что сторонники племенных культов, принадлежавшие к разным этносам и жившие в разные времена, описывали внутреннего человека примерно одинаково - как сложный комплекс из нескольких последовательно "утончающихся" нетелесных уровней. Первый уровень - некая витальная структура, представляющая собой невидимую обычным зрением оболочку вокруг физического тела. Это энергия, дающая силы жить и действовать, она есть у всех живых организмов. Второй уровень внутреннего человека - само сознание, "душа", индивидуальность, действующая в этом мире. Третий уровень - энергетический двойник человека, который может называться по-разному: призраком, "тенью", "дублем" и т. д. Главное свойство "дубля": он есть энергетическая копия сознания, способная проникать в иные миры и встречаться с духами. Его можно развить определёнными мистическими практиками, но иногда "дубль" активизируется у человека спонтанно, чаще всего, во время сновидений. Наконец, четвёртый уровень - дух, вечное надъиндивидуальное начало в человеке, превосходящая его личность-Я "частица Бога". У сторонников племенных культов часто встречается более подробное описание внутреннего человека, бывает и более простое. Главное - человек есть сложная структура, составляющие которой принципиально отличаются друг от друга, и после физической смерти их ждёт, соответственно, различная участь.

Анимистические описания внутреннего человека приводятся уже в работе Э. Б. Тайлора "Первобытная культура", вышедшей в 1871 году. "Туземцы островов Фиджи различают "тёмную душу" человека или тень, которая идёт в Аид, и его "светлую душу", или отражение в воде, которое остаётся там, где он умирает. Малгаши говорят, что "сайна", или ум, исчезает при жизни, "айна" или жизнь превращается в воздух, но "матоатоа", или дух, носится над могилой". "Карены различают "ла", "кела", которые могут быть представлены как личные жизненные духи, и "тхах", представляющее ответственную нравственную душу. Учетверение души у кондов заключается в следующем: первая душа переходит в блаженное состояние и возвращается к Бура, великому божеству; вторая остаётся среди племени кондов на земле и возрождается из поколения в поколение... третья душа отправляется в потустороннее странствование, оставляя тело в безжизненном состоянии, и эта-то душа может переходить на время в тигра и в наказание испытывать различные муки; четвёртая душа умирает вместе с распадением тела".

Мы видим, что Тайлор пересказал известные ему верования сторонников племенных культов очень путано и небрежно. Например, чем всё-таки являлись по мнению каренов "личные жизненные духи". Непонятно, сколько времени "дух, носится над могилой" или "светлая душа" остаётся у места смерти. Вечно? Или вскорости гибнет? Сам Тайлор отказывался признавать реальность составляющих внутреннего человека. Исследователь считал, что "жизнь" и "призрак" являются, "проявлениями одной и той же души", ошибочно разделяемые архаичным религиозным сознанием.

Путаница в работах первых антропологов при описании разрушаемых и бессмертных составляющих внутреннего человека и их посмертной участи была замечена многими учёными. На это, например, указывал российский религиовед Л. Я. Штернберг в начале XX века. "Следует все же различать природу души витальной от двойника, который переживает человека, потому что сплошь и рядом получается путаница представлений. Мы, например, читаем про чукчей, что у них важный дух Кэле питается душами... Даже у египтян было представление, что в загробной жизни покойники питаются - как ни покажется странным - богами! Впрочем, так как у них для понятий бог, дух и душа был один и тот же термин, то нужно понимать под словом "боги" какие-то души. Но поедание душ относится только к душам витальным, то есть к тем, которые оживляют человека при жизни, и не касается двойника: так, Кэле может съесть душу человека, который от этого умрёт, но человек будет в то же время жить на том свете, следовательно, другая душа не съедена". Рекомендация Штернберга отличать разрушаемую витальную структуру от других, в том числе и бессмертных, составляющих внутреннего человека как будто специально написана для Э. Б. Тайлора и видящих Кастанеды.

О вере анимистов в множественность "душ" пишет в своей книге "Золотая ветвь" другой известный антрополог - Дж. Фрэзер. "Батаки полагают, что у них имеется семь, а по более скромным подсчётам - три души... Часть даяков с острова Борнео и с Малайского полуострова верит, что у человека есть семь душ. Альфуры из Посо на острове Целебес придерживаются мнения, что у человека есть три души". Какова посмертная судьба этих душ после смерти Фрэзер по каким-то причинам не указывает. Но мы вполне обоснованно можем сделать вывод, что различная - об этом свидетельствуют данные, собранные другими исследователями, да и нелепо думать, что "дикари" верили в посмертное существование нескольких душ одного человека в раю или аду.

Советский этнолог С. А. Токарев в работе "Первобытная религия" также подтверждает, что сторонники племенных культов представляют внутреннего человека как сложную многоуровневую структуру. Однако, прежде всего, он, как пропагандист атеизма и борец с религиозными предрассудками, старается обнаружить свидетельства того, что в архаичных формах религии ещё не было веры в бессмертие души. Например, папуасы понятием "куш" обозначают тело умершего, а после его сожжения - особую оставшуюся от человека нетелесную субстанцию. "Папуасы не считают, что куш - это душа человека: душа не может сохраняться после смерти, тогда как куш начинает жить после кремации". Далее Токарев пишет, что и "в Африке у большинства народов отмечается чёткое различение двух представлений - представлений о душе живого человека и о духе умершего. Первая исчезает в момент смерти, второй появляется именно в этот момент".

Советский этнолог нашёл у анимистов данные, идентичные результатам видения толтеков - душа "исчезает в момент смерти". Однако, упускает из виду, что анимисты, говоря о разрушимости "души", имеют в виду только низшую витальную структуру, одну из многих составляющих внутреннего человека. Она получила название души только при переводе на европейские языки, и не является тождественной душе-личности христианской теологии. При этом Токарев вынужден признать, что, по мнению сторонников племенных культов, высшая часть внутреннего человека - дух, после смерти тела продолжает жить в инобытие.

Веру анимистов в многосоставность души описывает и другой советский исследователь - В. Р. Арсеньев. Согласно ему, народы Западной Африки признают существование жизненной силы "ни" - тонкой материальной субстанции, своего рода "овеществлённого дыхания". Помимо "ни", всё живущее имеет особую энергию "ньяма". Она определяет индивидуальные черты человека, по сути, образует его душу-личность, которая после физической смерти начинает существование, независимое от своей прежней телесной оболочки. Что происходит с жизненной силой ни - учёный не сообщает, но мы можем сделать вывод, что как всякая материальная структура, она разрушается после прекращения физической жизни человека.

О верованиях анимистов в многосоставность внутреннего человека сообщает французский исследователь религий народов Африки Б. Оля. "...Бамбара имеют две, йоруба - три, а фон - четыре "души". Согласно местным племенным верованиям, у каждого человека есть какое-то количество жизненной силы. Она распространена по телу, но имеет некоторое сосредоточение в каком-либо органе, крови или дыхании. Эта жизненная сила может стать жертвой колдуна - пожирателя душ, который по ночам покидает физическое тело в образе призрака-вампира и нападает на людей. Если колдуну удавалось пожрать жизненную силу жертвы, то её душа начинала поддерживать "все деяния покорившего её человека".

В сообщении французского учёного видно явное противоречие: если жизненная сила человека "пожрана", каким образом он тогда продолжает жить? Такое несоответствие можно объяснить тем, что антрополог плохо понял племенные верования. Из самого слова "вампир" следует, что колдун забирает у своей жертвы только часть витальной энергии, которую, как тонкую материальную субстанцию, вполне можно "съесть". Также мы видим упоминание дущи-"призрака", которую колдуны могли вполне сознательно использовать в своих тёмных делах. Надо полагать, что своих жертв они подчиняли, оказывая воздействие на их энергетические дубли собственным "призраком". Итак, согласно Оля, африканские анимисты признают существование у человека витальной силы, энергетического "двойника", и души - индивидуального сознания.

О вере индейцев, в потустороннюю жизнь сообщали уже испанцы - первые покорители Америки. Исследователи нового континента, конкистадоры и миссионеры, отмечали, что индейцы самостоятельно и с давних пор верят в посмертное попадание души в рай или ад, имеют свои описания загробной жизни. Вот что писал о верованиях майя епископ Диего де Ланда. "Этот народ всегда верил в бессмертие души более, чем многие другие народы, хотя не имел такой культуры. Ибо они верили, что была после смерти другая жизнь, более хорошая, которой наслаждались души, отделившись от тела. Эта будущая жизнь, говорили они, разделяется на хорошую и плохую жизнь, тягостную и полную отдыха. Плохая и тягостная, говорили они, для людей порочных; хорошая и приятная для тех, кто хорошо жил по своему образу жизни... Наказание за дурную жизнь, которое, по их словам, должны были получить злые, состояло в том, чтобы идти в место более низкое, чем какое-либо другое - они его называют Метналь, что означает ад, - и в нём подвергаться истязаниям демонов и мукам голода, холода, усталости и печали".

Верования индейцев майя к началу испанского вторжения уже трансформировались из анимистического культа в классически оформленную религию со своим священным преданием, пантеоном, жречеством и храмами. Но признание бессмертия человека индейцы майя вынесли из глубин своего прошлого: "этот народ всегда верил в бессмертие души", и эту веру нельзя объяснить каким-нибудь поздним заимствованием или влиянием христианства. Мексиканские маги, о которых рассказал своим читателям Кастанеда, были близки майя по культуре, религии и традициям, а некоторые коллеги дона Хуана были их прямыми потомками. Поэтому видящие Кастанеды, отрицая бессмертие человека, противоречат мистическому знанию своих предков. Народ майя не был обделён талантливыми мистиками, известно их поразительно точное предсказание завоевания Мексики испанцами, но окончательной смерти человека они почему-то увидеть не смогли. А может быть, всё-таки маги Кастанеды не смогли увидеть бессмертия души?

Сторонники анимистических верований знают, что низшая, витальная часть души гибнет вместе со смертью тела. Её разрушение - "рассеивание в воздухе", чрезвычайно схоже с распадом энергетического кокона, описанным видящими Кастанеды. Очевидно, что анимисты и толтеки говорят об одном и том же процессе. Но сторонники племенных культов считают, что разрушение витальной структуры не означает окончательного уничтожения человека. Он продолжает жить в потустороннем мире, причем даже в нескольких ипостасях. Это мнение анимистов основывается не на умозрительных выводах а, как и у толтеков, на видении. В религиях архаических обществ широко практикуется экстрасенсорное восприятие энергетической "изнанки" мира, и их данные не менее авторитетны, чем опыт видящих Кастанеды.

 

ШАМАНИЗМ

М. Элиаде, крупнейший знаток шаманизма, определяет его как сибирское и центральноазиатское религиозное явление, суть которого - использование особого мистического экстаза. Этот экстаз генерируется камланием - танцем под ритмичные удары в бубен, во время которого душа шамана, "как принято считать", покидает тело и проникает в потусторонние миры. Шаманизм был широко распространён в Азии (прежде всего, в Сибири), Америке и на островах Тихого Океана. Опыт посещения иных миров породил специфическое мировосприятие, которое выделяет шаманизм из многообразных анимистических культов.

Шаман - специалист-практик по потустороннему, который не приносит жертвы, как жрец, и не воздействует на людей и события, призывая тёмные силы, как колдун, а непосредственно сам посещает иные миры для решения необходимых задач. Способность к достижению экстаза приобретается им через особое призвание сверхъестественными силами. Шаман возносится на Небо и встречается с духами, спускается в преисподнюю и сражается с демонами, болезнями и смертью. Элиаде называет шамана защитником психической монолитности архаичного общества, дающим уверенность людям, окружённым потусторонними, часто враждебными силами. Учёный предполагает, что опыт шаманских путешествий обогатил темами эпическую литературу и народные сказки, и, возможно, был одним из источников вдохновения первых поэтов.

Элиаде считает, что "именно благодаря способности путешествовать в сверхъестественные миры и видеть сверхчеловеческие существа шаман мог внести решающий вклад в познание смерти. Вероятно, многие элементы "погребальной географии", как и некоторые темы мифологии смерти, являются результатом экстатических переживаний шаманов... Неизвестный и страшный мир смерти приобретает форму, организуется вокруг специфических образов, чтобы в итоге проявить собственную структуру и со временем стать близким и достижимым. В свою очередь, существа, населяющие мир смерти, становятся видимыми... Постепенно мир умерших становится познаваемым, а сама смерть расценивается, прежде всего, как ритуал перехода к духовному способу бытия".

Благодаря своим мистическим способностям шаманы не только действовали в иных мирах, но видели внутренний космос человека, его болезни, прошлое и будущее. Что же увидели эти "специалисты по потустороннему", воспринимая процесс умирания? То же, что и мистики других народов: человек имеет сложную структуру, и его составляющие различаются в своих посмертных судьбах. Описания внутреннего человека шаманов поразительно совпадают с представлениями анимистов о "множественной душе".

"Как и другие "первобытные" народы - особенно индонезийцы - североазиатские народы считают, что человек может иметь три или даже семь душ. После смерти одна из них остаётся в гробу, другая уходит в Царство Теней, а третья возносится на Небо. Но... это только одна из многочисленных идей, касающихся судьбы трёх душ после смерти. Другие народы верят, что, по меньшей мере, одна душа исчезает после смерти или её пожирают демоны и т. д.". Например, буряты признают посмертное исчезновение одной из трёх "душ". "...Первая /из душ/ размещена в костях; вторая, которая, вероятно, находится в крови - может покидать тело и летать в виде осы или пчелы; третья, совсем похожая на человека, является своего рода фантомом. После смерти первая душа остаётся в скелете, вторую пожирают духи, а третья показывается людям".

Российские исследователи тоже сообщают о вере шаманистов в многоуровневый состав внутреннего человека, хотя их описания зачастую весьма поверхностны и показывают непонимание мистической антропологии архаичных религий. "Для многих народов Сибири характерны представления о наличии двух и более жизненных сил. Одна (или несколько) из них... способна покидать тело и вести самостоятельное существование (поэтому она получила название свободной души)... Другая жизненная сила всегда связывается с телом... откуда и получила название телесной души... Близкие угорским воззрения о жизненных силах селькупов, которые в термин ильсат вкладывали содержание "то, чем живут". Однако... живым тело может быть при наличии и другой жизненной силы, называемой тика (ти - тень). Нганасаны под словом нилу-нилы понимали жизнь, жизненность, сосредоточенную во всём теле... Кроме того, в воззрениях нганасан фигурировала жизненная сила нилти... ведающая психическими функциями. После смерти человека она покидает тело и существует в "верхнем мире", откуда вновь посылается божеством на землю, где воплощается в новорождённого".

Согласно представлениям нанайцев, у человека три души: эрген - "жизнь", дающая силы для существования; она умирает вместе с телом, когда злые духи убивают вторую душу - уксуки. Эта вторая душа после смерти остаётся на могиле, а о дальнейшей её судьбе пояснений нет. Можно предположить, что речь здесь идёт о душе-"призраке", "дубле", которая какой-то срок сопровождает мёртвое тело, потом "отслаивается" от него и постепенно исчезает. Третья душа, олицетворение психики человека, "яркая и светлая" панян продолжает жизнь на том свете или возвращается в этот мир с рождением ребенка. Здесь представления о душе-личности, сохраняющей свою индивидуальность на том свете, и надъиндивидуальном духе, образующем нового человека в этом мире, соединены в одно целое. Возможно, это вызвано неспособностью антропологов отличить сознание-"Я" от трансперсональной составляющей внутреннего человека. В любом случае, нанайцы знали различных вариантах посмертной участи нескольких "душ".

Тюркоязычные народы Западной Сибири - алтайцы, шорцы и телеуты, также подразделяют внутреннего человека на четыре составляющих: тын, кут, сюне и узют. Тын - жизненность, её название происходит от слова тынын - "дышу". Она присуща не только человеку, но и растениям и животным. Тын исчезает, когда айна - злой дух украдёт душу кут.

Кут - энергетический зародыш человека. По одним представлениям, его создал бог верхнего мира Ульгень, по другим - нижнего, Эрлик. Кут способен отделяться от человека во время сна, обморока или при сильном испуге. Отделившись, он может быть схваченным злыми духами айна, кермес, и это приводит к болезням или смерти. Кут является душой-"двойником" или энергетическим дублем, описанным в книгах Кастанеды.

Сюне - духовная субстанция, появляющаяся после физической смерти человека. Её изгоняют из дома особым камланием шамана, и она становится узют, духом, часто приносящим вред живым людям. После поминок сюне стараются побыстрей проводить в мир мёртвых.

Практически аналогичные воззрения на душу у якутов. У неё три части: тын, кут и сюр. Тын - "дыхание", воплощение жизненности, оно неотделимо от телесного дыхания и погибает вместе с ним. Кут - "душа", которая летает во сне; её могут похитить злые духи, и тогда человек гибнет. Сюр - психическая индивидуальность человека, продолжающая жить после смерти. Тувинские шаманисты сообщали о трёхчастном составе внутреннего человека: витальной энергии - "дыхании" тын, сознания - сагыш, и проявляющемся после смерти духе гунезин.

Во множественность души верят и шаманисты финно-угорских народов. В частности, нивхи считают, что у человека есть большая душа, распространённая по всему телу, и маленькая душа, "помещающаяся в голове большой души". Когда большая душа умирает вместе с телом, маленькая сама становится большой и продолжает жить в другом мире. По сути, "большая душа" - это энергетическая структура человека, включающая в себя и разрушаемые, и бессмертные составляющие внутреннего человека.

По верованиям чукчей, признающих два вида душ, злые духи келет охотятся на жизненную душу, как люди охотятся на тюленей: они уносят к себе и пожирают. Другая душа, однако, остается жить, и после совершения погребального обряда переносится в верхний мир. Эвенки считают, что у человека есть телесная душа бэен, от существования которой зависит вся жизнедеятельность человека. "Если духи болезней съедят бэен, то, по рассуждению эвенков, человек умирает". Также считают и буряты: смерть наступает, когда злой дух похитит и съест "свободную душу". Однако другую "душу" демоны съесть не могут, то есть она не подвержена разрушению, и продолжает своё существование в инобытии.

Очень примечательно, что процесс поедания "жизненной души" известен толтекам. Ученики Кастанеды утверждают, что энергией осознания питаются потусторонние злые существа - воладоры. "На... вопрос о том, чем является смерть для людей, не совершивших прыжка (прыжка в пропасть, по мнению толтеков, дающего бессмертие - А. Л.), можно ответить... осознание людей, не принимающих во внимание возможность смерти растущего осознания, съедается "летунами". То же самое увидели шаманисты, сообщающие о пожирании витальной силы демонами. Однако видящие почему-то не знают о посмертном продолжении жизни человека, что прекрасно известно шаманистам.

Родственники коренных народов Сибири - американские индейцы, увидели посмертную судьбу "душ" практически так же, как и сибирские шаманы. Так, индейцы дакота считают, что после смерти одна душа остаётся при теле, другая - в селении, где жил умерший человек, третья - развеивается в воздухе, четвёртая - улетает в страну духов. Индейцы племён белла коола, шошоны, лиса оглала и многих других считают, что человек имеет, по крайней мере, две души: жизненную, пребывающую у эмбриона с зачатия, и свободную - душу-сознание, данную Повелителем Жизни при рождении. У свободной души также есть свойства души-"призрака": она может покидать тело во сне или трансе, посещать другие миры (отсюда и её название).

Коренные жители Малых Антильских островов также считали, что человек обладает несколькими душами, и у каждой своя судьба. Одна из них после смерти идёт на Небо, и в пути её сопровождает добрый дух-покровитель умершего. Остальные души остаются на земле, где одна воплощается в животное, а другая становится призраком - злым духом.

Перуанские индейцы признают наличие у человека двух душ: юккуи айайо и аткун айайо. Юккуи айайо "создает телу защиту от болезней, поддерживает равновесие между... телом и аткун айайо" - душой-личностью. Как мы знаем, промежуточной структурой между телом и сознанием является "животная душа", и поддерживать здоровье и жизненные силы - это её прерогатива. Также, по мнению перуанских индейцев, юккуи айайо обладает свойствами души-"призрака", и, когда тело спит, путешествует, передавая впечатления в образах сновидений. Аткун айайо - это душа-личность, она продолжает существовать на том свете. Юккуи айайо гибнет в течение первой недели после смерти тела (по мнению многих мистиков, за такой срок исчезает душа-"призрак").

Индейцы тропического леса Южной Америки верят, что "из нескольких душ, которыми наделён человек, та, что продолжает жить после его физической смерти, может посещать живых, и даже приносить им пользу".

Итак, шаманы-видящие архаичных обществ видят смерть практически так же, как дон Хуан. Энергетическая структура - "жизненная душа" распадается на части в потустороннем "пространстве" и пожирается демонами. Шаманы признают существование души-"двойника", "призрака", который идентичен энергетическому дублю, описанному Кастанедой. Но главное, что увидели шаманы, и что почему-то оказалось недоступным воинам дона Хуана: душа-личность и дух человека не исчезают, бесследно растворяясь в потустороннем, а продолжают жить дальше. Сознание-"Я" оказывается на других уровнях инобытия, а дух перевоплощается на земле.

Рассказы о встречах с Повелителем Жизни, сохранившиеся в мифах североамериканских индейцев, лучше всего доказывают их знание о посмертной жизни души. Так, согласно преданию племени алгонкинов, один воин отправился в мир духов искать свою неожиданно умершую невесту. Чтобы попасть туда, он расстался с собственным телом. Когда индеец встретил свою невесту, "с ними заговорил чей-то ласковый голос; это был Хозяин Жизни. Хозяин Жизни сказал им, что молодой воин должен вернуться в мир живых тем же путём, что и пришёл сюда; его время ещё не настало".

Это описание больше, чем просто выражение веры в бессмертие. Оно практически совпадает с мистическими переживаниями людей, оказавшихся за порогом смерти. "...Это был свет абсолютного понимания и совершенной любви. Мысленно я услышал: "Любишь ли ты меня?" Это не было сказано в форме определённого вопроса, но думаю, что смысл можно выразить так: "Если ты действительно любишь меня, возвращайся и закончи в своей жизни то, что начал". И всё время я чувствовал себя окруженным всепоглощающей любовью и состраданием".

Индейский миф сообщает, что в мире духов каждого "судят по его личным заслугам", и воину удалось успешно пройти посмертные преграды, потому что он был праведен. Мистики практически всех религий утверждают то же самое - загробная участь определяется земными мыслями и поступками умершего, и сразу после смерти его ждут нелёгкие испытания. Это, плюс "совпадение" рассказа с современным опытом людей, переживших клиническую смерть, показывают, что в основе мифа, весьма вероятно, лежал реальный трансперсональный опыт. Этот опыт лишь единичный результат множества путешествий в мир мёртвых, предпринятых шаманами, которые доказывают главную мистическую истину - каждый человек продолжает жить за порогом физической смерти.

Продолжение следует

А.В. Логинов "Ошибка дона Хуана"


<<след.   пред.>>

Подпишитесь на наш канал!

Смотрите также

Гороскопы


ТВ онлайн